Из Таджикистана не выпустили на лечение смертельно больного ребенка

В Таджикистане у четырехлетнего Иброхима Тиллозоды диагностирована эмбриональная карцинома, но власти не разрешают ему выехать из страны на лечение. Иброхим — внук эмигрировавшего в Германию политика Мухиддина Кабири — стал жертвой политических обвинений в адрес его деда. В пятницу, 27 июля, первый заместитель министра здравоохранения и социальной защиты населения Таджикистана Саида Умарзода заявила, что выпускать мальчика бессмысленно. На этот раз предлогом послужила запущенность заболевания. О том, как получилось, что власти, а не семья, решают, нужно ли лечить ребенка, Русской службе RFI рассказал Темур Варки, соучредитель и сопредседатель Форума свободомыслящих Таджикистана.

 

Иброхим Тиллозода
Четырехлетний Иброхим Тиллозода, внук Мухиддина Кабири

RFI: Темур, вы — политический беженец и бывший таджикистанский журналист, — являетесь сопредседателем Форума свободомыслящих Таджикистана. Что это за организация?

Темур Варки: Это общественная организация, которую создали таджикские политэмигранты в Европе и других странах. Она ратует за демократизацию и модернизацию Таджикистана, за соблюдение Конституции, призывает власти выполнять законы Таджикистана следовать нормам и устоям по защите демократии и светского образа жизни, светского устройства Таджикистана.

Почему больного мальчика не выпускают на лечение?

В 2015 году власти организовали собственный «поджог Рейхстага» для того, чтобы обвинить оппозицию и расчистить площадку для проведения спецоперации «преемник». У президента Рахмона, так называемого демократически избираемого на протяжении 24 лет президента, уже не очень хорошо со здоровьем, уже были критические моменты с его здоровьем. Оппозиция помешала планам передать пост по наследству, которые противоречит Конституции Таджикистана и его демократическому устройству. В результате, была проведена спецоперация по проведению так называемого мятежа генерала Абдухалима Назарзода. В организации мятежа обвинили таджикскую оппозицию, прежде всего, ее крупную, сильную часть — Партию исламского возрождения Таджикистана. Она была парламентской партией и стороной-подписантом мирного межтаджикского договора после окончания гражданской войны в 1997 году. Гражданская война продолжалась пять лет, и в Кремле при посредничестве ООН, ОБСЕ, России, Ирана и среднеазиатских соседей был подписан мирный договор. Оппозиция была одной из сторон этого договора, который Рахмон подписал с оппозицией, в том числе с Партией исламского возрождения, этот договор о мире и национальном согласии.

В 2015 году Партия исламского возрождения была запрещена, около 300 активистов и членов руководства были арестованы, прошли массовые репрессии, очень большое количество представителей оппозиции эмигрировало. Мухиддин Кабири, лидер партии, оказался в Германии, получил политическое убежище, его сыновья тоже смогли выехать, но семьи сыновей, их жены и дети, остались в Таджикистане в заложниках. У них изъяли паспорта и документы, метрики, свидетельства о рождении их детей, отняли телефоны. Таким образом они были полностью блокированы и ограничены в своих возможностях и гражданских правах.

Когда у ребенка обнаружилось заболевание, прадедушка Иброхима Тиллозоды написал письмо главе администрации президента Таджикистана Озоде Рахмон и пытался добиться встречи с ней с просьбой вернуть документы и разрешить выезд из Таджикистана на лечение. Его задержали и допрашивали, через два месяца он умер — ему было 93 года, он бывший учитель.

В феврале этого года мать мальчика обращалась в государственный комитет национальной безопасности, она сообщила, что ребенок в критическом состоянии, что у него развивается опухоль. Приехали сотрудники национальной безопасности, отвезли их в урологическое отделение, где ему поставили неправильный диагноз и сделали операцию, после чего болезнь стала прогрессировать, опухоль выросла и достигла огромных размеров. У ребенка в промежности большая опухоль размером со зрелый гранат, ужасного цвета.

Сегодня Минздрав Таджикистана провел специальную пресс-конференцию по поводу состояния четырехлетнего Иброхима Тиллозоды, на которой первый заместитель министра здравоохранения и социальной защиты Таджикистана Саида Умарзода заявила о том, что нет необходимости вывозить ребенка за пределы Таджикистана, потому что он умирает и ему уже ничто не поможет, у него четвертая стадия рака. Почему министерство здравоохранения отвечает на вопрос, имеет ли право эта семья выехать за пределы Таджикистана и лечиться в другой стране? Семью полностью блокировали, ее лишили всех гражданских прав, и ребенок страдает.

Под вашей петицией — больше 80 000 подписей. Это значит, что в Таджикистане существует какое-то общественное мнение, есть реакция внутри страны, или петицию подписывают эмигранты?

Подписывают не только эмигранты, подписывают также и граждане Таджикистана, которые находятся внутри страны. Большой резонанс это вызвало также и за пределами Таджикистана — петицию подписывают и россияне, и представители других бывших советских республик, и люди, не имеющие отношения к постсоветскому пространству. Подписывают просто из чисто человеческих, их гуманистических соображений, из сострадания.

Внутри страны это тоже имеет резонанс, но люди боятся, они запуганы. Некоторых подписантов уже вызвали в ГКНБ, сотрудники госнацбезопасности допрашивают людей, которые подписали эту петицию, и родственников тех, кто подписал в эмиграции, тоже вызывают, допрашивают, обвиняют их в причастности к терроризму: если вы выступаете в защиту этого маленького мальчика, значит, вы сочувствуете террористам.

Потому что партия была обвинена в терроризме?

Партию обвинили в терроризме, но «Интерпол» и международные институты не признали этого. «Интерпол» исключил из «красного списка» имя Мухиддина Кабири. Почему ребенок страдает за обвинения, предъявленные его деду? Почему он стал заложником этого политического обвинения?

Голос со всего мира

Мухиддин Кабири, минздрав

Оставьте первый отзыв

Оставить отзыв

Your email address will not be published.


*