О таджикской аполитичности: безграмотность, ведущая в радикальную пропасть

Амири Замон / Почему таджикистанцы стали аполитичными?

Эксперты все чаще характеризуют население Таджикистана как едва ли не самое аполитичное в мире. Действительно ли это так и чем может грозить республике?

Не секрет, что население Таджикистана, как и многих республик с авторитарным правлением имеет весьма ограниченное участие в политическом процессе на всех уровнях. В своем недавнем интервью британский исследователь стран Центральной Азии Джон Хизершоу назвал таджиков одним из самых аполитичных народов в мире.

Гулмурод Халимов
Гулмурод Халимов. Фото: aif.ru

На самом деле, если наблюдать за ситуацией в стране и за поведением ее граждан, за их реакцией на те или иные политические решения, даже затрагивающие их лично, то суждение британского профессора имеет весьма реальное основание.

Так было не всегда

В конце 80-х годов прошлого века Таджикистан был одной из тех республик, где стремление к национальному возрождению и политическому участию было на самом высоком уровне.

Тогда же был принят Закон о государственном языке, а также зарегистрировано множество общественных объединений и политических движений, в работу которых были вовлечены представители интеллигенции и молодежи.

С точки зрения политического участия этот период можно считать расцветом активности молодого поколения. Однако ситуация омрачалась чрезмерно высоким уровнем регионализма этих организаций, что впоследствии стало одной из причин гражданской войны в Таджикистане.

Именно незрелость политической культуры и незавершенный процесс национального образования не дали этой бушующей молодежной волне развиваться в позитивном ключе.

Дальнейшая политическая культура таджикского общества стала формироваться под влиянием именно данного конкретного исторического условия под названием «война регионов».

Воздействие этой нестабильной обстановки и память о ней создали у большинства населения четкую систему политических и социальных ценностей, выражающихся в невмешательстве в ситуацию, что, в свою очередь, стало основой формирования новой политической культуры, которую Таджикистан имеет в данный момент.

Использование ситуации

С наступлением мира в республике правящий режим поэтапно и очень умело начал пользоваться равнодушием большинства граждан к политической жизни.

В этот период степень доверия граждан к режиму была на весьма высоком уровне, поэтому любые формы протеста и несогласия из-за проводимой политики были исключены.

Поскольку формы участия в политике осуществляются через право избирать и быть избранным, власти медленно, но верно стали отбирать эти права у населения.

Началом данного процесса можно считать 1998 год, когда президент страны Эмомали Рахмон официально вступил в Народно-демократическую партию Таджикистана (НДПТ) и стал ее председателем.

В настоящий момент любое вовлечение в политику по партийной линии возможно только через руководящую партию НДПТ или другие официально зарегистрированные партии, которые являются ее дубликатом.

В результате политика стала сферой деятельности тех лиц, которые абсолютно лояльны к «генеральной линии» президента.

Равнодушие и апатия

С течением времени полная монополия на власть со стороны семьи Рахмона стала все очевиднее.

Если раньше члены семейного клана влияли на политические решения своего отца приватными методами, то сейчас это приобрело совершенно официальный характер. Дети стали активными участниками внутриполитических процессов.

Подобный политический курс, ориентированный сугубо на личные и семейные потребности, не может не вызывать отторжение у большинства граждан страны.

Психология объясняет состояние равнодушия к политике как своего рода защиту от расстройства.

В таком состоянии человек начинает избегать любой информации о политике и начинает жить в социуме по принципу «меньше знаешь – крепче спишь».

Неимение информации создает у людей чувства неопределенности и негативного отношения ко всему тому, что связано с политикой.

Безразличие как инстинкт самосохранения

К тому же в условиях крайне авторитарного режима активное участие в политике вопреки власти становится опасным для жизни.

Достаточно вспомнить судьбу оппозиционного политика Умарали Кувватова, который был убит в Турции в марте 2015 года, или его молодых сторонников из «Группы-24», отбывающих наказание в таджикских тюрьмах, или членов Партии исламского возрождения, находящихся в столь же сложном положении.

Таких примеров, к сожалению, достаточно много, чтобы сбить среднестатистического гражданина Таджикистана с мысли о политической активности.

При таком состоянии гражданин предпочитает полагаться сугубо на свои силы, чем на государство и власть. Срабатывает своего рода инстинкт самосохранения, который еще больше отдаляет человека от его общественно-политической миссии.

Ложные лозунги и их опасность

В таком положении лозунги Рахмона о необходимости вовлечения молодежи в политику воспринимаются большинством с ухмылкой.

Поскольку молодежь, о которой он часто говорит, уже давно сегрегирована. И та часть, которая окружает президента и воспевает ему оды, отнюдь не является индикатором общих настроений.

Этим измерителем является другая часть – абсолютное большинство. Она полностью отчуждена от политического участия, и даже не в силу своей памяти о гражданской войне, а из-за отсутствия образования.

Эта часть, как правило, больше предрасположена к радикализации своих требований и даже к экстремизму. И именно такая часть общества, как показывает практика, первой способна бросить вызов авторитарным режимам.

Поэтому население Таджикистана, безусловно, легко назвать аполитичным, но эта аполитичность может иметь благоприятный характер для власти сегодня и абсолютно апокалиптический завтра.

Амири Замон – псевдоним автора Ц-1 из Таджикистана

ЦЕНТР-1

Оставьте первый отзыв

Оставить отзыв

Your email address will not be published.


*